admin

«Ни на что не хватает». Родители школьников — о ценах перед учебным годом

Recommended Posts

�ок�па�ел�ни�а в �о�говой �о�ке на ��нке «�енже�ан». �лма��, 11 авг���а 2019 года.

На вещевых рынках в Алматы, Шымкенте и Петропавловске продают школьную форму в основном кыргызстанского, узбекистанского, китайского и турецкого пошива. Продавцы говорят, что с ростом курса доллара импортная одежда подорожала, а товаров местного производства на рынке почти нет. Казахстанский производитель считает, что его коллеги покрывают потребности рынка «лишь на 7 процентов».

РЫНОК НА ОКРАИНЕ АЛМАТЫ

В полдень в торговых точках на вещевом рынке «Кенжехан» на окраине Алматы полно покупателей. Базар считается одним из недорогих в городе. Большая часть выставленного на продажу товара — школьная форма. Одни покупатели примеряют одежду, другие интересуются ценами на рюкзаки. Кто-то торгуется у прилавков с тетрадями.

— Потратила 100 тысяч тенге на двоих детей. Это только на одежду. Школьные принадлежности и сумки еще не покупала, — говорит женщина, представившаяся Гульзат Бигали.

По словам Гульзат, пришедшей на рынок с сыном и дочерью 12 и восьми лет, цены по сравнению с прошлым годом выросли. Женщина говорит, что минувшим летом она полностью собрала детей к школе за 100 тысяч тенге, а в этом году этой суммы хватило только на форму.

Покупатели на рынке «Кенжехан». Алматы, 11 августа 2019 года.

Почти вся школьная форма на рынке — импортная. Платья кыргызстанского пошива на девочек лет десяти стоят от трех тысяч тенге, а привезенные из Китая — семь тысяч тенге. Платья узбекистанского производства, как заверяют торговцы сшитые из турецкой ткани, продают по восемь тысяч тенге. Комплект школьной формы из Узбекистана для девочек стоит 15 тысяч тенге, форму китайского пошива продают по цене от десяти тысяч тенге и выше.

На рынке «Кенжехан» в основном продают школьную форму, завезенную из Кыргызстана, Узбекистана, Китая и Турции. Репортеру Азаттыка на этом рынке не удалось найти форму казахстанского производства.

По словам продавца из Кыргызстана Дамиры Абдуллаевой, которая четвертый год торгует школьной формой, самый ходовой товар — одежда из Китая.

— По сравнению с одеждой, пошитой в Кыргызстане, эта одежда более качественная. Она не так быстро скатывается. На одежде, произведенной в Кыргызстане, катышки образуются после первой стирки. На этом рынке также продают форму «турецкого» производства. Срезают этикету «произведено в Узбекистане» и продают как «турецкую» по 25 тысяч тенге, — говорит она.

Комплект школьной формы из пиджака и брюк для подростков сейчас продают по 25 тысяч тенге. Школьные рюкзаки стоят от трех до семи тысяч.

Дамира Абдуллаева утверждает, что оптовые цены поднялись, но розничные торговцы не делают большую наценку.

— Мы закупаем товар со складов по оптовой цене. Сейчас нам товар обходится дорого. Потому что его дорого перевозить через границу, и с ростом курса доллара товар дорожает. Но мы сверху много не можем накидывать, потому что люди не купят. Например, сюда не привозят форму казахстанского пошива. Почему? Потому что она очень дорогая. Мне не доводилось слышать, что здесь продают одежду казахстанского пошива, — сказала продавец.

Дамира говорит, что одежда Made in Kazakhstan, насколько она знает, существует и часть уходит на экспорт.

Торговые ряды на рынке «Кенжехан». Алматы, 11 августа 2019 года.

«ШКОЛЬНЫЕ ПРИНАДЛЕЖНОСТИ ПОДОРОЖАЛИ НА 30 ПРОЦЕНТОВ»

Репортер Азаттыка в Шымкенте побывала на местных рынках, чтобы узнать цены на школьные форму и принадлежности. Отец троих школьников Серикжан Кайратов говорит, что деньги на покупку принадлежностей для детей, которые учатся во втором, пятом и седьмом классах, начал собирать два месяца назад. На базар он пришел с 100 тысячами тенге в кармане.

— Мы примерили прошлогоднюю одежду, оставили то, что еще впору. Докупаем остальное. Как видите, купили всем по сумке. Потратили на это десять тысяч тенге. Сыну купил пиджак и брюки, дочерям — по юбке и блузке. Взяли спортивную форму. Только на гольфы и бантики потратили десять тысяч тенге. Ста тысяч тенге ни на что не хватает, — говорит он.

Как считает Серикжан, школьные одежда и принадлежности в этом году подорожали. Стоимость рубашек для мальчиков выросла на 500 тенге. Обычные тетради по 12 листов подорожали с прошлогодних 12 тенге до 20 тенге за штуку. Продавцы объясняют рост повышением курса доллара. По их подсчетам, школьные принадлежности в этом году подорожали на 20–30 процентов.

— Рост цен зависит не от нас. Зависит от того, по какой цене мы приобретаем товар со складов. К примеру, школьные принадлежности подорожали на 30 процентов. Самые необходимые для ребенка принадлежности можно купить минимум за три тысячи тенге, в среднем — за пять тысяч тенге. Если брать более качественный товар, то это обойдется в десять тысяч тенге. Школьные рюкзаки стоят от полутора до пяти тысяч тенге. Кроме того, после начала занятий родители докупают специальные рабочие тетради. Цена на них начинается от 500 тенге и выше. Когда родителям не хватает денег, они сильно расстраиваются, — говорит продавец канцтоваров, попросивший не указывать его имя и фамилию.

Большая часть школьной одежды и товаров на рынках Шымкента, расположенного недалеко от границы с Узбекистаном, завозится из соседней страны.

МЕСТНЫЙ ПРОИЗВОДИТЕЛЬ В ПЕТРОПАВЛОВСКЕ

Репортер Азаттыка в Северо-Казахстанской области попыталась выяснить, почему произведенная в стране школьная форма не дешевле импортной продукции. Одна из компаний, занимающихся пошивом школьной одежды на протяжении десяти лет, расположена в городе Петропавловске — административном центре области. По словам менеджера компании Бауыржана Толегена, цена формы этой фирмы, обеспечивающей северные области и около 300 школ близ Астаны, стоит от 11 тысяч тенге.

Менеджер говорит, что компания шьет одежду из натуральных материалов, поэтому она обходится дороже импортируемых аналогов.

— Легкая промышленность, в том числе отечественные производители школьной формы, покрывает лишь семь процентов потребностей рынка Казахстана. Остальные 93 процента обеспечиваются за счет ввоза продукции из других стран. Поэтому создается впечатление, что казахстанской продукции нет, — объясняет Бауыржан Толеген.

Ученый-экономист Оразалы Сабден считает, что цены на школьные принадлежности и форму должны находиться под контролем государства.

— Школьный вопрос сильно хромает. Проблемы, связанные с обеспечением школьными принадлежностями, школьной формой и с качеством образования, у нас рассматривают по отдельности. Между тем всё это необходимо рассматривать в одной плоскости. Из-за отсутствия системного подхода нет тесной связи между производителем и потребителем. Из-за посредников первоначальная стоимость товаров повышается в несколько раз, — говорит он.

Школьники и их родители идут на линейку в День знаний.

Экономист считает, что ежегодного роста цен можно избежать, если установить наценку на казахстанскую продукцию в размере не более 20 процентов и продавать ее дешевле, чем завезенные извне товары.

Ранее в интервью местным СМИ представитель Ассоциации предприятий легкой промышленности Асем Жуматаева говорила, что казахстанские производители могут покрыть потребности рынка школьной одежды на 30 процентов.

«Наши производители готовы производить такие объемы, если будет спрос. Для казахстанской формы есть национальный стандарт по составу ткани, качеству пошива и другим параметрам. Поэтому мы можем гарантировать качество одежды для наших детей. По завозимой продукции таких гарантий нет», — сказала она.

На запрос Азаттыка о возможности введения единого стандарта касательно контроля за качеством школьной формы, учебных принадлежностей и регулирования цен на них в министерстве образования и науки ответили, что «вся информация появится после августовской конференции».

В подготовке статьи участвовали Дилара Иса и Нургуль Алина.

azattyq.org

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость
Вы не авторизованы. Если у вас есть аккаунт, пожалуйста, войдите.
Ответить в тему...

×   Вы вставили отформатированное содержимое.   Удалить форматирование

  Only 75 emoji are allowed.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отобразить как ссылку

×   Your previous content has been restored.   Clear editor

×   You cannot paste images directly. Upload or insert images from URL.

Загрузка...



  • Сообщения

    • Юлия Денисенко уже 12 лет помогает тем, кто оказался во власти экстремистских групп. Она рассказала о том, что на самом деле творится в лагерях боевиков. "Вы думаете, они там в раю жили?" — грустно улыбается Юлия Денисенко. Она занимается консультациями по влиянию и противодействию социально-психологическому манипулированию. В том числе Юлия работает с женщинами и детьми, которые вернулись из мест боевых действий в Сирии. Как никто другой она знает, что произошло с этими людьми на чужбине. Консультант по влиянию и противодействию социально-психологическому манипулированию Юлия Денисенко — Кыргызстанский Facebook взорвался, когда стало известно, что в страну вернут женщин и детей, уехавших в Сирию. Я видела много возмущенных постов в духе: "А вдруг эти экстремисты нам тут вторую Сирию устроят?". — Во-первых, в основном это дети, подавляющее большинство которых еще толком говорить не умеет. Естественно, никакой угрозы они не несут. Тот, кто представляет реальную опасность, попадет в места лишения свободы. Они были готовы к этому, лишь бы вернуться на родину. Во-вторых, давайте подумаем: а что 10 лет назад государство могло предложить людям, которые прониклись этими идеями? — Наверное, уехать на заработки в Россию. Я сейчас не шучу. — Да, по всей Центральной Азии одинаково подходят к этому вопросу: они плохие, а мы хорошие. Каждая ситуация индивидуальна. Вместо того чтобы протянуть руку помощи, мы их еще больше загоняем в угол. На одной из конференций чиновница (не будем называть страну) сказала: "Работать с радикализованными женщинами очень легко! Просто надо доказать им, что они должны быть патриотами!". Простите, но вы хоть раз видели тех, кто уехал в Сирию? Вы с ними хоть раз разговаривали? Вот я знаю о них очень хорошо! Представьте себе картину: на окраине города в комнатушке общежития живет женщина с тремя детьми, у одного из которых инвалидность. Она не может устроиться на работу, потому что ее детям нужен постоянный уход. Родители от нее отказались. Она через день держит орозо (пост. — Прим. ред.), потому что ей нечего есть, ведь всю свою еду она отдает детям! У нее все дети от разных мужей, ведь она готова была выйти замуж за любого, лишь бы не голодать. Женщина готова поехать куда угодно, если ей пообещают крышу над головой и еду. Не надо ей про патриотизм рассказывать — просто дайте тарелку супа. — Как же она попала в руки экстремистов? — Очень просто: хотела выйти замуж, и ей предоставили мужа. — В Сирии? — Нет, здесь. Много лет назад она пришла к ним за мужем. Потом этот самый "муж" сказал: "Извини, дорогая, ты мне надоела. Я даю тебе "талак", мы разводимся, а вот мой брат с удовольствием возьмет тебя в жены". Он просто ее передал, понимаете? Да, многие жертвы рассказывали, что мужья передаривали их другим людям. При отказе несчастным и зубы выбивали, и ребра ломали. Ту женщину поссорили с родителями, отгородили от общества, запретили учиться и работать. Когда я стала заниматься этим, всегда мучила психиатров одним вопросом: ну почему люди при таком тотальном контроле сознания все равно не уходят из этих групп?! Причина на самом деле в том, что там все решения принимает один человек, а это очень удобно. Кто-то берет ответственность за всю твою жизнь, и не надо больше ничего решать. Если вдруг человек перестанет быть управляемым, то подключатся шантаж и угрозы. Эту женщину не хотят отпускать просто так, ведь она слишком много знает о системе. Ее пугают: "Уйдешь от нас — будешь проклята! Ты никогда не попадешь в рай!". — А зачем экстремистам нужна была эта женщина? Она же толком не может ничего делать, потому что все время уделяет детям. — У меня такая женщина ассоциируется с человеком, который стоит на краю пропасти. Над ней долгие годы издеваются, она просто не видит выхода. Скажите, ей очень хочется жить? — Вы имеете в виду, что на нее можно надеть пояс шахида? — А почему нет? Но я бы не стала использовать слово "шахид", ведь с точки зрения ислама это неплохой термин. Гораздо лучше подходит слово "смертница". Да, такую женщину легко можно сделать пушечным мясом. Знаете, у 70 процентов моих клиентов из числа членов экстремистских и террористических групп наблюдаются признаки зависимого расстройства личности. Это что-то наряду с наркоманией и алкоголизмом. Попробуйте наркоману сказать: "Бросай ты это, пойдем в светлую жизнь". Не все так просто. — Но почему так происходит? В нашей стране ведь каждая женщина может потребовать алименты, чтобы накормить своих детей! Кроме того, есть государственная помощь, благотворительные фонды! — Она просто не знает о таких возможностях, не видит альтернативы! Сейчас, когда государства Центральной Азии приняли решение вернуть некоторых своих граждан из зоны боевых действий в Сирии и Ираке, людям стало понятно — эта та самая альтернатива, пресловутая тарелка супа! — Милиционеры говорят, что экстремисты чаще всего вербуют людей с плохим образованием, бедных, молодых и исключительно тех, кто считает себя истинно верующим. Дескать, их проще всего заманить в ловушку. Вы с этим согласны? — Многие из уехавших в Сирию были совершенно не религиозными людьми. Я знаю мужчину, который уехал в зону боевых действий из-за 200 долларов. Он занял эти деньги, чтобы прокормить семью, и не смог вернуть их. Кредиторы стали ему угрожать, и как раз в этот момент он повстречался с вербовщиками. Они предложили ему поехать в Сирию, пообещали заработок и спасение от кредиторов. Сейчас этот мужчина отбывает серьезный срок в тюрьме. Представляете, сломал себе жизнь из-за 200 долларов! Вообще, в группу риска можно добавить истероидных личностей, психопатов, детей террористов и всех тех, кто находится в стрессовой ситуации. А давайте-ка вспомним, что такое стресс! Это когда переезд, ссора в семье, поступление в вуз... Да у нас каждый день миллион этих стрессов! Как вы поняли, неуязвимых нет. Я не согласна с тем, что вербуют только необразованных. Известно много случаев, когда в подобную организацию попадали люди с высшим образованием, доктора наук, бизнесмены. Да, действительно, молодежь вербуют чаще, но это связано лишь с тем, что здоровые и перспективные люди им гораздо нужнее. — Я часто натыкаюсь на уголовные дела, где перед судом предстают вернувшиеся из Сирии. Один из них рассказал, что там творился такой кошмар, что ему пришлось прострелить себе руку, только бы вернуться домой. А ведь вербовщики обещали ему золотые горы! — Действительно, они могут пообещать там дом, но не сказать, что тебе придется убить всех его жителей. — И люди это делают?! — А разве у них есть выбор? Если ты это не сделаешь, убьют тебя. Люди рассказывали, что там на самом деле творилось — и голод, и отсутствие лекарств, и полная антисанитария. Этих женщин и детей держали в специальных накопителях, где в одной комнате могло жить до сотни человек. Они описывали эти ужасы. Представьте себе мать, у которой заболел младенец. Его рвет, диарея страшная, он угасает с каждой минутой, а бедная женщина ничего не может сделать... Они действительно были там как пушечное мясо. Но почему мы не можем это исправить? Можем, если захотим! — Я знаю, что многие матери этих детей сидят в тюрьмах Ирака. — Да, нескольких кыргызстанок даже приговорили к смертной казни, кто-то проведет в тюрьме 10-20 лет. Матери добровольно передают правительству детей, чтобы сохранить им жизнь, чтобы они не росли в тюрьме. То есть мало того, что эти дети оказались в террористической группировке без своего согласия и ведома, так еще и отбывают срок ни за что. — Но среди них были не только несчастные жертвы, но и вполне себе идейные товарищи, которые очень хотят устроить тут ад. — Я не говорю, что все невинны, но дети, которых государство вернет на родину, — однозначно жертвы. Да, представьте, что ребенок мог участвовать в казнях. Вы его боитесь? — Конечно! — А если я скажу, что мальчик был запуган, что ему сказали: "Не сделаешь это — мы убьем твою маму"? Как вы будете думать, если знаете, что его накачали наркотиками? Видите, каждый случай индивидуален. — Давайте представим, что первые 8 лет своей жизни ребенок видел смерть, разрушение и казни. Естественно, люди боятся, что впоследствии это скажется на его психике. — Конечно, увиденное будет влиять на него всю жизнь. Однако поймите одно: его не доставят домой прямо с самолета — сначала ребенок пройдет реабилитацию, к которой подключится огромная команда специалистов: медики, менторы, психологи. Ценности ребенка до 12 лет формируются в зависимости от среды. Если среда изменится, то и его мировосприятие поменяется. У нас есть реальная возможность вернуть этих детей в общество. Мы можем оставить их там и дожидаться, пока их не вырастят террористы. Они ничего не будут знать о мире и просто станут убивать тех, кто по ту сторону баррикад. Когда-нибудь они все равно вернутся, но тогда последствия будут куда более страшными. — Какой клиент вам запомнился больше всего? — Она была моей подругой, мы вместе учились в медресе. Девушка вышла замуж за одного из пропагандистов экстремизма. Через восемь лет она пришла ко мне на реабилитацию с тремя детьми. Ее муж оказался зверем. Он мог запереть сына без воды и еды до тех пор, пока ребенок не выучит определенные вещи, которые папа считал важными в религии. Иногда он поднимал малыша над головой и швырял об пол за какие-то провинности. Это при том, что мужчина считает себя истинно верующим, соблюдает все каноны. Вид этого ребенка до сих пор перед глазами. При слове "папа" мальчик искал любой угол, чтобы спрятаться! Ребенку потребовалось несколько лет работы с психиатром, чтобы восстановиться. — У нас часто можно услышать мнение: "Да нам на своих детей денег не хватает! Зачем тратиться на тех?". — Я не хочу жить в стране, которая может бросить на произвол судьбы годовалого ребенка только потому, что родители вывезли его в Сирию и заставили наблюдать весь этот кошмар. Если мы пройдем мимо этих детей, то в кого превратимся? Даже звери своих не бросают. sputnik  
    • «Сегодня с 9 часов утра я нахожусь у В отделении милиции в селе Таш Добо Чуйской области весь день Военная прокуратура допрашивает подписавшихся под массовым обращением граждан и их родственников. Жителей пытаются заставить отказаться от своих требований». Об этом сообщил активист Кадырбек Атамбаев.  Напомним, 9 сентября более 1700 граждан Кыргызстана обратились с коллективным обращением к Генеральному прокурору КР с просьбой привлечь к уголовной ответственности глав ГКНБ, МВД и Президента КР за проведенную операцию в Кой-Таше. «70-летнюю мать одного из гражданских активистов продержали на допросе полтора часа. Ее убеждали подписать бумагу, что якобы к Опумбаеву и остальным она претензий не имеет. Пожилой женщине при этом просто сказали: «Подпишитесь здесь и можете уходить», то есть даже не объяснили под чем ее просят подписаться. Абсурд помог остановить вовремя подошедший адвокат. Некоторых пожилых женщин уже допрашивали по поводу их подписи по 5 часов, несмотря на возраст и состояние здоровья.
      Людей пытаются «убедить», что якобы они не требуют привлечь к ответственности организаторов преступного штурма - Опумбаева, Джунушалиева и Жээнбекова. То есть, отказаться от подписи под заявлением. Одному активисту на допросе по его подписи сказали: «А что если тебе мы очную ставку устроим с  Опумбаевым и он тебе свои претензии выдвинет?». Некоторым уже сказали, что будут их допрашивать за подписи под заявлением целый день», - сообщает с места событий Кадырбек Атамбаев. april.kg
    • Самый жестокий удар по гражданскому обществу нанес Омурбек Текебаев. Граждане Кыргызстана практически перестали верить, что их голоса что-то меняют. Об этом в соцсетях написал известный журналист и аналитик Турат Акимов. По его словам, участие в выборах перестало интересовать граждан. «По сути прямые выборы у нас только президента. Хотя можно было выбрать и генпрокурора, председателя ГКНБ, судей Верховного и Конституционного суда, губернаторов и мэров городов», — отмечает Акимов. «Текебаев отстранил граждан от прямого избрания депутатов. Он посчитал, что лидеры партий знают лучше чем народ, кто достоин депутатского мандата. Каждый новый созыв депутатов, сформированный партиями — худший по качественному составу. Депутаты потеряли независимость и подчинены узким групповым интересам. Они легко управляемые», — пишет Акимов. Он подчеркивает, что низкая явка на выборах КР — это результат недоверия политической системе. «Низкая явка в Европе — это результат аполитичности граждан из-за высоких стандартов жизни», — пишет Акимов.  K-News
    • Сын экс -президента Кыргызстана Алмазбека Атамбаева сообщил о том, что идет давление на людей, которые подписали обращение в Генеральную прокуратуру по событиям 7-8-го августа. «Как вы помните, более 1700 человек оставили свои подписи под обращением в Генеральную прокуратуру по событиям 7-8-го августа с заявлением о преступности штурма и с требованием привлечь президента, министра внутренних дел и председателя ГКНБ к уголовной ответственности. Генпрокуратура приняла заявление, проверила и уже даже официально ответила на заявление тем, что поручила Военной прокуратуре дать юридическую оценку руководителям силовых структур. Однако, на днях Военная Прокуратура начала давление на всех тех, кто подписал обращение. Повестки рассылаются целым семьям, и допрашиваются все, не исключая даже пожилых женщин и тяжелобольных. Людей держат на допросах в Военной Прокураторе по 6 часов. В случае неповиновения, матерям угрожают тем, что и их сыновей могут посадить. Повестки прямо упоминают возможность принудительного привода. Задача у Военной Прокуратуры одна – “уговорить” человека, что подпись он ставил якобы не под этим заявлением или не ставил вообще», пишет К.Атамбаев. «Происходящее сегодня – это террор против собственного народа. Власти должны решать насущные проблемы страны, включая приграничные вопросы, а не бросать Военную Прокуратуру терроризировать мирных жителей. Мы будем в рамках закона защищать конституционные и общепризнанные права наших граждан, нарушаемые органами по поручению властей страны и оставляем за собой право обратиться в международные организации. Мы уже начали сбор повесток приходящих населению, подобного типа», говорится в публикации сына экс -президента КР.    K-News    
    • Ученый-исследователь и журналист из США Кристофер Шварц впервые приехал в Кыргызстан в 2011 году. С тех пор он живет на две страны, нашел в КР вторую половину и стал здесь профессором. В интервью "24.kg" Кристофер рассказал о своих приключениях в республике, а также о любимых местах. — Чем вы занимаетесь, когда вы приехали в Кыргызстан и почему? — Я ученый-исследователь и журналист из Америки. Я был преподавателем на Факультете журналистики и массовых коммуникаций в Американском университете в Центральной Азии, а сейчас — приглашенный научный работник в Институте исследований Центральной Азии. Я периодически бываю в Кыргызстане с 2011 года. Изначально я приехал сюда для работы главным редактором NewEurasia Citizen Media — гражданско-журналистской платформы в Центральной Азии. Моя жена из Кыргызстана. — Вы когда-нибудь слышали о Кыргызстане до приезда сюда? — Да. Впервые я узнал о стране в 2003 году, когда учился в Школе востоковедения и африканистики в Лондоне. — Каким было первое впечатление о стране? — Первый раз я приехал в 2011 году. Хотя во время первой поездки я и посетил Барскоон и каньон Сказка, мои впечатления о Кыргызстане полностью не сформировались до второго путешествия в страну, которое я полностью провел в Бишкеке. Днем Бишкек был совсем другим — ярким, зеленым, живым. Состояние инфраструктуры города было довольно плохим в то время. Однако это не доставляло мне, как американцу, неудобства. Многие из наших городов также в плохом состоянии. Я даже сделал фоторепортаж для NewEurasia под названием «Бишкек в руинах», в котором воздал должное философской составляющей состояния столицы. — Сейчас отношение к Бишкеку изменилось? — Облик Бишкека быстро меняется. Сейчас здесь меньше преступности, больше инфраструктуры. Ночью я иногда чувствую себя как в научно-фантастическом фильме. Я знаю, что в советских зданиях очень неудобно жить, но снаружи они имеют уникальную красоту. Их нужно сохранять и реконструировать. Сейчас Бишкек, в который я влюбился, все еще сохранился в микрорайонах. Мое хобби — просто бродить по микрорайонам, слушать их звуки — вода, текущая по арыкам, играющие дети, споры супружеских пар, тошоки, висящие на ветру, мерцающие тени деревьев и солнечный свет...  — Что вас удивляет в Бишкеке/Кыргызстане? — Честно говоря, в Бишкеке меня постоянно удивляет бессердечие, негуманность простых людей. Я родом из Нью-Йорка, и хотя это очень большой город между людьми существует общность и солидарность. Все нью-йоркцы вместе, заодно. К сожалению, Бишкек не такой. Люди здесь разрозненны. — Как думаете, почему Бишкек такой? — У меня есть на этот счет своя теория. Когда город назывался Фрунзе, он был маленьким, но существовала советская мораль. Бишкек, однако, похож на свое название: он смешивает разных людей, превращая их в обозленный и материалистический «кумыс». Но в этом «кумысе» все же есть прекрасные места, которых не встретишь на Западе. Например, район «Кудайбергена» похож на местность из киберпанк-романа. Есть район, где преобладает автомеханика, но глубоко внутри него живет кыргызский шаман, который лечит людей народной медициной. Невероятно! — А какое впечатление от страны в целом? — В Кыргызстане больше возможностей столкнуться с чем-то невероятным, чем на Западе. Например, несколько лет назад я чуть не умер от пищевого отравления. От придорожных самс у меня поднялась температура до 39 градусов! Я был в горах возле Каракола слишком далеко от больницы, была ночь. Мне было так больно, что иногда я чувствовал себя вне тела. Я думал, что умру, и он помог мне отпустить эту жизнь. К счастью, я выжил, но я никогда не забуду его и урок, который он мне преподал. — Были ли у вас необычные случаи в Кыргызстане? — Наиболее интересным случаем — не очень смешным, но очень приятным и ярким — было знакомство с таксистом. Кыргызский мужчина спортивного телосложения утверждал, что он был бывшим сотрудником службы безопасности президента. Недавно стал таксистом, был очень расстроен своей ситуацией, но тем не менее хотел хорошо выполнить свою работу. — Что в Бишкеке напоминает вам ваш родной город? — Ментальная жизнь в Бишкеке сосредоточена вокруг богатства, статуса и власти. С одной стороны, это повсеместно распространено в нашем капиталистическом обществе. С другой, некоторые города сосредотачиваются и символизируют собой это состояние. Нью-Йорк физически сформирован капитализмом: наш общественный транспорт полностью сосредоточен вокруг финансовых районов Манхэттена. Бишкек похож на Нью-Йорк своим ментальным ландшафтом. — Чего вам не хватает в Бишкеке/Кыргызстане? — Не хватает ощущения возможностей. Бишкек и Кыргызстан более сыры в этом плане, чем искушенный Запад. Решение учиться в Европе и жить в Центральной Азии рассматривается большинством американских работодателей как ошибка, потому что они не могут количественно оценить мое время здесь. — Какое ваше любимое место в Бишкеке/Кыргызстане? — Южные микрорайоны Бишкека и дунганская мечеть в Караколе. — Какие блюда национальной кухни вам нравятся? А что не стали бы пробовать? — Ашлян-фу, которое, как мне известно, на самом деле является дунганским или китайским блюдом, а не «по-настоящему» среднеазиатским. Честно говоря, я не люблю традиционную среднеазиатскую кухню — слишком много углеводов, слишком много мяса. Я действительно люблю рыбу и плов с тыквой, но их трудно найти. — Что вас очаровало в тесном знакомстве с местным населением? А что разочаровало? — Честно говоря, кроме встречи с моей женой, которая родом из Кыргызстана, я в основном пережил трагедии в Бишкеке. Я встречал таксистов, которые были юристами, бухгалтерами, экономистами, спортсменами. Люди всегда сердито, раздраженно смотрят на меня и мою жену, потому что мы смешанная пара, говорящая по-английски. Я также испытал много зависти в Бишкеке. Даже члены моей семьи ненавидят меня только потому, что я «богатый» иностранец. Они думают, что моя жизнь намного проще по сравнению с их жизнью. Они консервативны и привержены традициям, они также честны. Они не притворяются либеральными и современными, как это делают многие горожане. Вне Бишкека больше радости и солидарности. — Стоит ли вернуться в Кыргызстан? Для чего? — Безусловно, в Кыргызстан стоит вернуться. Все в мире, включая самих кыргызстанцев, считают, что Кыргызстан находится на «краю» истории, как будто это какое-то бесполезное, неинтересное место, не имеющее значения для будущего. Я категорически не согласен. Чрезвычайно сложно находиться на рубеже, особенно потому, что о первопроходцах почти всегда забывают. Но именно здесь движутся огромные силы истории. Кыргызстан похож на открытый провод под напряжением: он приведет вас в чувство своим разрядом.
    • Подозреваемый в убийстве задержан по горячим следам В Чуйской области найдено тело 14-летней девочки, которая пропала без вести 20 сентября этого года. Об этом сообщает пресс-служба ГУВД региона.

      По данным правоохранителей, подозреваемый в убийстве задержан по горячим следам сотрудниками СКМ ГУВД Чуйской области и ОВД Кеминского района.

      Отмечается, что с заявлением в милицию о пропаже погибшей обратилась ее бабушка сегодня в 06.00.

      - В органы внутренних дел Кеминского района с заявлением обратилась 57-летняя местная жительница о содействии в поиске ее несовершеннолетней внучки И.А., 2005 года рождения, которая вышла из дома 20 сентября 2019 года и по сегодняшний день не вернулась, – говорится в сообщении пресс-службы ГУВД региона. – Для установления местонахождения девочки работниками СКМ ОВД Кеминского района проводился ряд оперативно-разыскных мероприятий, в результате которых в одном из заброшенных домов Кемина обнаружено тело несовершеннолетней с многочисленными телесными повреждениями.

      По горячим следам по подозрению в совершении данного преступления задержан 20-летний ранее неоднократно судимый житель Кашкелен К.А. По предварительной версии следствия, 20 сентября этого года примерно в 21.30 злоумышленник в состоянии алкогольного опьянения, встретив на одной из улиц Кемина несовершеннолетнюю девочку, насильно привел ее в заброшенное здание с целью изнасилования, но девочка стала сопротивляться. Задержанным нанесены многочисленные телесные повреждения, в результате которых последняя скончалась.

      Данный факт зарегистрирован в АИС ЕРПП по признакам преступления, предусмотренного статьей 130 «Убийство» УК КР.

      В настоящее время назначены все необходимые судебно-медицинские экспертизы. Задержанный водворен в изолятор временного содержания ОВД Кеминского района. Досудебное производство продолжается.

      Пресс-служба ГУВД Чуйской области
       
    • В Таласской области 21 сентября состоялась официальная церемония закрытия I Национальных игр кочевников. Просмотр полной статьи
    • Самые проблемные районы, где неправильно паркуются (видео). Просмотр полной статьи
    • 21 сентября сотрудники милиции в Кемине нашли тело девочки 2005 года рождения. Просмотр полной статьи